Рассказ про пионерский лагерь.

В 13 лет я была на уникальность некрасивым ребенком: чрезвычайно худой прыщавый червь с большой головой и кривыми зубами.

Моя мать меня смущалась и весь пубертатный период старалась держать меня подальше от родных и знакомых, на все лето высылая меня в пионерский лагерь. Пионерский лагерь состоял из бараков с детками,  домика администрации и 4 туалетов.
Туалеты состояли из кирпичной будки,  ямы,  закрывающего эту яму древесного настила с дырками и говна с хлоркой.

Говно с хлоркой воняли, потому туалеты предусмотрительно строили далековато от жилых помещений и обсаживали их кустиками.  Девченки длительное время задумывались, что я мальчик. В общем, со мной не дружили.

В ту роковую ночь полуночный понос стал моим единственным товарищем. Поносил весь лагерь: зеленоватые фрукты, немытые руки повара и всякое дерьмо, которое жрали пионеры с голодухи делали свое дело. Дырки в тубзике были обгажены расстроенными желудками четырехсот человек и девченки прогуливались срать парами: одна гадит, иная светит фонарем, чтобы 1-ая не вляпалась в продукты распада предшественниц.

Мне никто не хотел светить фонарем, потому в ту ночь я высирала солянку в гордом одиночестве; в тусклом свете фонаря были видны лишь очертания, и, сидя над дырой, я смирилась с тем, что уже вляпалась в чье-то скользкое говно.

Нежданно какая-то тень метнулась прямо на меня, я закричала, резко дернула неуравновешенным туловищем, ноги проехались по чьему-то поносу и я вошла в очко как отлично смазанная гильза. Фак!

Летучая мышь загнала меня по пояс в кучу дерьма, над головой смутно показывалась очко, ежели кто-нибудь на данный момент придет гадить, то положение мое ухудшится.

Нужно выбираться! Через полчаса, пыхтя и шепотом ругаясь матом, я достала до очка руками:  это, блин, было трудно… все твердые опоры были скользкими, как суки! Ухватившись за края дыры, я подтянулась и высунула башку: от свежего воздуха закружилась голова и я удержалась на завоеванных позициях лишь волей к свободе.

Подтянулась еще и оперлась на локти: необходимо за что-то ухватиться, чтобы не соскользнуть. Все вокруг было склизким, зацепиться можно было лишь за поперечную древесную опору в полметре от меня, я с остервенением пробовала до нее достать, шипя от напряжения: — Ну! Иди же сюда, сука! Дай, я до тебя дотянусь!..Вдруг меня ослепила вспышка света, позже какой-то не то вздох, не то стон, и глухой стук… я пересралась и упала обратно. Еще полчаса… и я опять над очком. Так. Тянемся? Есть! Я схватилась за перекладину и вылезла на бетонный пол еле дыша от счастья.

Отдышавшись, решила переть к реке отмываться. Метрах в 5 от тубзика валялся директор, рядом с ним валялся разбитый фонарь… сдох что ли? Я пошла на речку, отмылась как смогла, а позже позвала людей: может и не сдох еще, спасти можно. С утра нам произнесли, что у директора случился удар, возвратился в лагерь он лишь под конец смены.

Говорить он не мог, посиживал весь день на веранде и ему нравилось, когда к нему прогуливались детки. Я навещала его нередко, он меня в особенности обожал… ведь конкретно я тогда позвала к нему людей. На последующий год мы узнали, что перед гибелью директор кратковременно пришел в себя.

Он произнес, что в ту ночь он обходил местность, случаем услышал странноватое пыхтение в туалете и открыл дверь. На него из зловонной дыры лез адский говняный лупоглазый червь, тянул к нему щупальца и шипел: — Ну-у-у… Иди же сюда-а… ссссука-а…  Дай, я до тебя дотянуссссь!.. За лупоглазую грустно, естественно.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники